Теперь Нетаньяху может купаться в лучах славы его крупнейшего успеха за все 30 месяцев пребывания в должности. Национал-консервативного премьера, который пока ни на шаг не приблизил Израиль к миру с палестинцами, хвалят за сделку, которую исламисты в Газе празднуют как собственный триумф.
Израиль не простил бы своему премьеру, если бы тот упустил представившуюся возможность сделки с ХАМАС или снова медлил, как в декабре 2009 года, когда казалось, что Шалита вот-вот освободят.
Безопасность Израиля напрямую зависит от его солидарности с армией.

Моральный жест, демонстрирующий, что еврейское государство никогда не отречется ни от одного своего военнослужащего и не забудет о нем, даже если тот находится, казалось бы, в безнадежном положении, весит куда больше, чем военная опасность, исходящая от ХАМАС, и не имеет значения, будет ли в рядах этого движения на тысячу больше или на тысячу меньше вооруженных фанатиков.
Соглашаясь на эту - на первый взгляд, неравную - сделку, правительство Израиля попутно дает понять, как низко оно оценивает реальную боеспособность исламистских пустозвонов.
У Израиля существует договор с его гражданами, суть которого состоит в том, что в израильской армии служат и мужчины, и женщины, а родители отправляют своих детей, едва достигших совершеннолетия, на войну, чтобы обеспечить существование государства. Взамен государство гарантирует, что сделает все возможное, чтобы потом вернуть их домой, даже если за это придется заплатить высокую цену. В отличие от ХАМАС, Израиль не считает своих граждан пушечным мясом. И, поведи он себя иначе, деморализация населения обернулась бы куда более серьезными последствиями, чем освобождение предполагаемых террористов.